Мы бы пошли с собой в разведку?

Великий день в истории всего мира — 9 мая. День, когда официально было подтверждено, что Советский Союз победил в страшной войне, обеспечив мир и свободу не только себе, но и всем остальным государствам. Да, были и союзники. Да, существовала антигитлеровская коалиция, второй фронт… Но основная тяжесть войны, основные потери, основные ужасы и смерти пришлись на долю Советского Союза.

А мы победили! Да! Несмотря ни на что. Даже на второй фронт, с открытием которого тянули до последней возможности. Собственно говоря, второй фронт появился вовсе не для того, чтобы помочь Советскому Союзу разгромить гитлеровскую Германию. Откроем глаза — Красная Армия и сама уже прекрасно справлялась с этим неблагодарным делом. Да, с кровью и болью. Но в первые годы войны крови и боли было куда больше, и второй фронт был необходим, как воздух — а его не было. Нет, вовсе не помощь Красной Армии, а страх перед будущим разделом мира. Второй фронт — это фактически занятие территорий. И только. Желание цапнуть хотя бы половину Европы, раз уж не получается отхватить весь пирог. Ну, а до этого было выжидание: кто кого. И если бы немецкая армия стала побеждать, то благородные союзники быстренько пересмотрели бы союзные договоры. Как это случилось во Франции — страна, которая кричала о том, что никогда, ни за что, ни под каким видом, благополучно прогнулась перед Третьим Рейхом.

А вы знаете, что все немецкие подводные лодки ремонтировались и обслуживались во Франции? А знаете почему? Просто-напросто французские рабочие делали это гораздо быстрее и лучше немецких! Более того, они получали награды от рейха за ударный, можно сказать стахановский, труд! А ведь Франция начинала с противостояния…

И точно так же было бы с остальными членами антигитлеровской коалиции. Что им до мира, шкуру бы сохранить, а также — доходы. Не зря ведь даже во время войны американские промышленники продолжали продавать гитлеровской Германии оружие, металлы и прочее — и это когда Америка уже официально вступила в войну! Но — частный бизнес свят!

И именно наши мальчики выиграли эту страшную войну. Именно они победили. Именно их кровью и болью оплачена победа антигитлеровской коалиции.

Это в Ленинграде люди умирали от голода, но не сдали город. Войска, оборонявшие Ленинград, получали оружие и боеприпасы с ленинградских заводов, которые продолжали работать!

Да, мы не скроем: в эти дни Мы ели землю, клей, ремни; Но, съев похлебку из ремней, Вставал к станку упрямый мастер, Чтобы точить орудий части, Необходимые в войне. Но он точил, пока рука Могла производить движенья. И если падал — у станка, Как падает солдат в сраженье…

… И обмерзающей рукой, Перед коптилкой, в стуже адской, Гравировал гравер седой Особый орден — ленинградский. Колючей проволокой он, Как будто бы венцом терновым, Кругом — по краю — обведен, Блокады символом суровым. В кольце, плечом к плечу, втроем — Ребенок, женщина, мужчина, Под бомбами, как под дождем, Стоят, глаза к зениту вскинув. И надпись сердцу дорога, — Она гласит не о награде, Она спокойна и строга: «Я жил зимою в Ленинграде». (Ольга Берггольц, «Ленинградская поэма»)

И это — чистая правда!

Это наши мальчики погибали под Инкерманом, останавливая наступление танков собственными телами. Мальчишки из военно-морского училища, вооруженные только кортиками! Они умирали, чтобы дать городу лишний час для эвакуации. Они умирали, чтобы спасти других. А ведь перед ними была долгая жизнь. Но они предпочитали смерть — ради спасения других, чужих им, но все равно своих, людей.

Это наши мальчики шли торжественным маршем по Красной площади в 1941 году и прямо с парада отправлялись в окопы, чтобы умереть, но не сдать город. И знали, что идут на смерть. И все равно — шли. И город устоял. Да, морозы помогли. Но никакие морозы не спасли бы Москву, если бы не эти мальчики, умиравшие в окопах.

Это наши мальчики умирали в Сталинграде. Они продолжали бои в городе, хотя каждый знал — средняя продолжительность жизни солдата в этих боях составляет всего около двух минут! Но за эти две минуты можно было успеть уничтожить нескольких врагов, и наши мальчики шли на смерть. Ведь убитый враг уже не сможет убить больше никого!

Это наши мальчики погибали на батареях Севастополя, но грозные корабельные пушки продолжали стрелять — пока был жив хотя бы один человек, способный поднести снаряд.

Это наши люди буквально подожгли землю Белоруссии под ногами оккупантов — паузы между взрывами мостов, железных и автомобильных дорог составляли всего в среднем около четырех-пяти минут. Представьте только — каждые пять минут на территории Белоруссии гремел взрыв. В воздух взлетали железнодорожные составы, автомобили, здания, занятые немецкими учреждениями. Каждые пять минут… Первая партия «Тигров», торжественно отправленная на Сталинградский фронт, погибла в Белоруссии. И не только эти танки не дошли до действующих фронтов.

Это наши мальчики и девочки плевали в лицо врагу не только в переносном, но и в прямом смысле. Умирали, но не сдавались. Дрались до последнего, до смерти, защищая родную землю. Не партию, не правительство, не коммунистическую идеологию, нет. Именно — родную землю. Которая была, есть и будет, каким бы ни было правительство или идеология. Они это знали.

Даже уголовники, воры Одессы воевали с захватчиками! Даже они не желали отдавать родную землю. Хотя идеология утверждала, что уж им-то наплевать на то, кто у власти. Да, они были врагами власти, врагами идеологии. Но они тоже любили свою Родину.

Это наши женщины работали на заводах и фабриках, сохраняли детей и домашние очаги для воюющих мужчин. Жили в землянках, в промороженных комнатах, пахали на себе, сеяли и собирали урожай вручную, ломали руки на тяжелых производствах, обрывали ногти, вытачивая снаряды.

Это наш народ совершил великий подвиг. И победил.

Ах, как модно сейчас вытаскивать на поверхность «правду о войне». Рассказывать о заградотрядах, которые выполняли сталинский приказ «Ни шагу назад!». Со смаком повествовать о случаях людоедства в блокадном Ленинграде. Закатывая в праведном гневе глаза к небесам, излагать истории несправедливых расстрелов, ссылок и прочего. Вытаскивать всю кровь, боль и несправедливость страшной войны. И демонстрировать ее, показывая, что — не ангелы воевали, отнюдь, что много было грязи, жуткой грязи. И доминантой в этой «правде о войне» становится уже не подвиг народа, а именно вся эта грязь, которая пачкает совершенный подвиг.

Да, было. Все это было. Но война — любая война! — это всегда кровь, боль, грязь и несправедливость. И — да! — именно в судорогах войны в первую очередь всплывает то самое, что не тонет нигде. Ведь в военной неразберихе так просто замаскироваться под добрые намерения. И да — очень просто свести счеты с личным врагом во время войны, если не пристрелив его собственными руками, то написав на него соответствующий донос (а неразбериха способствует тому, чтобы подобные доносы заканчивались именно расстрелами). Все это правда. Как и в любой другой войне.

Но вся эта правда не способна отнять ни крупицы подвига, совершенного людьми, народом. Вот об этом нужно помнить в первую очередь — о подвиге. О подвиге, символом которого стал день Девятого Мая — День Победы.

Да, были те, кто бросал на дорогах больных истощенных детей, вывезенных из блокадного Ленинграда, бросал, не считая нужным тратить на них еду — все равно ведь умрут. Но были и те, кто подбирал этих детей, выхаживал их, лечил, кормил, а затем и растил, как своих. И вот эти, вторые, гораздо важнее первых! Именно они совершили подвиг — несмотря ни на что! Именно они победили в войне.

А мы, нынешние? Мы, наследники тех, победивших… Мы бы смогли так, как они? Мы бы смогли отказаться от теплых квартир, коттеджей, престижной работы, неплохого дохода, собственного автомобиля, мобильного телефона, компьютера и прочих уютностей жизни — ради защиты своей земли? Смогли бы умереть, чтобы другие НАШИ ЛЮДИ могли жить? Мы смогли бы воевать, отстаивая родную землю, несмотря на холод, голод, нищету, заградотряды, доносы и прочее? Мы бы пошли с собой в разведку?




Отзывы и комментарии
Ваше имя (псевдоним):
Проверка на спам:

Введите символы с картинки: